До свиданья, друг мой, до свиданья.. Опции

[Полковник]

До свиданья, друг мой, до свиданья.
Милый мой, ты у меня в груди.
Предназначенное расставанье
Обещает встречу впереди.

До свиданья, друг мой, без руки, без слова,
Не грусти и не печаль бровей,-
В этой жизни умирать не ново,
Но и жить, конечно, не новей.

[Полковник]

Эко меня плющило... :oops:

А если серьезно, то есть большие, очень большие сомнения, что это написал Есенин:

Как известно, в литературоведении трагедии Есенина придается значение как факту, подтверждающему версию о самоубийстве поэта, предсмертному стихотворению:
До свиданья, друг мой, до свиданья,
Милый мой, ты у меня в груди.
Предназначенное расставанье
Обещает встречу впереди.
До свиданья, друг мой,
без руки и слова,¦
Не грусти и не печаль бровей, -
В этой жизни умирать не ново,
Но и жить, конечно, не новей.
Ф. А. Морохов не без оснований ставит под сомнение, что это стихотворение написано Есениным, да еще его кровью...
В самом деле, во-первых, стиль стихотворения недостаточно типичен для есенинского таланта своей прямолинейностью и обедненностью образов и, особенно, несоответствием творческого состояния, жизненных интересов и планов поэта. Во-вторых, о том, что оно написано самим Есениным, утверждали в своих воспоминаниях только Эрлих и Е. Устинова. Стихотворение это было опубликовано в газете на второй день после смерти Есенина. Там же было сказано, что оно адресовано Эрлиху. Но ведь Эрлих никогда другом Есенина не был! "Милым другом" поэт называл Н. Клюева. В этом можно легко убедиться, перечитав их переписку. В-третьих, до настоящего времени окончательно не установлено, когда и как стихотворение попало в Пушкинский Дом и в редакцию газеты.
"Мне предоставилась возможность видеть это стихотворение при дневном и электрическом освещении, - пишет Федор Морохов. - И у меня возникли сомнения, отмеченные выше. Цвет букв похож на цвет фиолетовых чернил. Буквы сравнительно большей величины, чем обычный почерк поэта, толщина их достаточно ровная, без утолщений и неизбежных клякс, которые должны бы быть при написании свежей кровью, как известно, свертывающейся (коагулирующей) в белковые сгустки. Написание 38 слов, имеющих 194 буквы и 14 знаков препинания между ними, без клякс от сгустков свежей крови трудно представить - это практически невозможно" (Морохов Ф. А. Памятъ учит и обязывает. Правда и ложь об убийстве поэта. - Указ. изд., с.25).